(Д.О. Дрозд, М.А. Никитина, журнал «Законодательство», N 1, январь 2022 г.)

Д.О. Дрозд,

младший научный сотрудник

Института права цифровой среды факультета права,

аспирант департамента международного права факультета

права НИУ ВШЭ, адвокат, ассоциированный партнер

адвокатского бюро «Резник, Гагарин и партнеры»

М.А. Никитина,

помощник адвоката

адвокатского бюро «Резник, Гагарин и партнеры»

Журнал «Законодательство», N 1, январь 2022 г., с. 46-54.

Введение

Информационные технологии существенно трансформируют нашу жизнь и проникают практически во все ее сферы. Однако в судопроизводстве технологические перемены обычно затрагивают лишь инструментарий*(1), сохраняя устоявшиеся институты в первозданном виде. Например, с течением времени многие суды перешли с бумажных протоколов заседаний на аудиопротоколирование, при этом основа судебного процесса осталась неизменной.

Но, внедряя какое-то улучшение, иногда можно не заметить его побочные эффекты, которые проявляются в какой-то другой плоскости. Если же говорить о больших переменах, то последствия могут быть не просто существенными, а принципиальными — затрагивающими базовые характеристики правосудия.

Цель настоящего исследования — проанализировать жизнеспособность подхода, согласно которому судебный процесс может сохраниться в привычном виде и не требовать существенных преобразований, несмотря на активное развитие информационных технологий. Гипотезой послужил тезис о том, что «цифровое влияние» на судопроизводство не позволяет судебному процессу оставаться неизменным, поскольку даже точечные внедрения инноваций могут повлечь значимые последствия.

Методологически наше исследование строится на изучении четырех примеров, иллюстрирующих воздействие информационных технологий на различные аспекты отправления правосудия. Первые два примера связаны с организационными вопросами, возникающими при внедрении дистанционной формы разбирательства дела, имеющей немалое влияние на эффективность судопроизводства. Еще два примера касаются фундаментальных аспектов отправления правосудия: соблюдения принципов судопроизводства и роли судьи в судебном процессе.

Изменение даты и времени судебного заседания

Судья, назначая судебное заседание, не в силах учесть все обстоятельства, которые могут скорректировать эти планы и заставить изменить дату назначенного, но не начатого судебного заседания. Здесь возможны два основных варианта: заседание не состоялось в связи с невозможностью его проведения судьей; заседание не состоялось по инициативе участников дела.

Итак, судебное заседание переносится, когда возникают важные причины для этого у судьи. В случае болезни судьи такой перенос, как правило, оформляется определением об отложении судебного разбирательства, принятым председателем судебного состава*(2). В арбитражном судопроизводстве возможность отложения разбирательства по причинам, делающим проведение заседания невозможным (включая болезнь), прямо предусмотрена в абз. 2 ч. 5 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ (ред. от 24 февраля 2021 г.)*(3). Что касается гражданского судопроизводства, то ст. 169 Гражданского процессуального кодекса РФ (ред. от 30 апреля 2021 г.)*(4) прямо не предоставляет такой возможности, однако на практике и в гражданском процессе разбирательство по этой причине откладывается*(5). Основным недостатком вынужденного отложения судебного разбирательства можно считать отсутствие возможности заблаговременно и при этом официально известить участников дела о том, что судебное заседание не состоится.

При наличии иных обстоятельств, возникающих на стороне суда, которые часто в определении не фигурируют, дата и время заседания изменяются посредством принятия определения об исправлении опечатки. Так, в дисциплинарной практике описан пример, когда в форме исправления опечатки была изменена дата судебного заседания на более раннюю после поступления заявления об ускорении рассмотрения дела*(6).

В другом случае, отменяя определение об исправлении опечатки, суд округа констатировал, что аудиопротокол заседания, расписки сторон и копия определения в системе «Мой арбитр» однозначно свидетельствуют о том, что заседание было назначено на 9 апреля 2015 г., тогда как определением от 19 марта 2015 г. судья фактически изменила дату заседания на 24 марта 2015 г. Кассационная инстанция справедливо отметила незаконность использования для этих целей механизма исправления опечатки: ч. 3 ст. 179 АПК РФ подразумевает технический характер ошибки в тексте, а изменение даты заседания является недопустимой корректировкой содержания судебного акта*(7).

В исключительных случаях судебные заседания подлежат переносу и по инициативе сторон дела. Так, в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 18 июля 2014 г. N 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» сказано, что если заседание откладывалось для целей примирения сторон, но мирное разрешение спора стало невозможным, то арбитражный суд имеет право изменить дату заседания как по собственной инициативе, так и по заявлению сторон или стороны.

Следовательно, законодательно урегулировать вопрос о переносе судебного заседания следовало и раньше, но в 2020 г. у лиц, участвующих в деле, появилось еще одно основание просить об изменении времени судебного заседания. До пандемии COVID-19 участники дела могли дистанционно принимать участие в судебных заседаниях лишь посредством видео-конференц-связи, находясь для этих целей в другом суде. Пандемия заставила пересмотреть этот подход: сначала заседания пытались проводить на платформах Skype*(8) и WhatsApp*(9), затем соответствующая возможность появилась и в системе «Мой арбитр»*(10). В октябре 2020 г. был анонсирован законопроект, регламентирующий порядок участия в судебных заседаниях с помощью системы веб-конференции посредством не только компьютера, но и планшета, а также телефона*(11).

Между тем этот законопроект не в полной мере учел факторы, связанные с реализацией новых цифровых возможностей. Конечно, практика может выявить и иные проблемные аспекты проведения онлайн-заседаний, однако в качестве примера мы рассмотрим время их проведения.

Как известно, территория Российской Федерации включает 11 часовых поясов. Надо отметить, что организация онлайн-заседаний наиболее актуальна именно для тех случаев, когда планирующий участвовать в процессе представитель находится далеко от соответствующего суда. Если раньше — в случае использования видео-конференц-связи — онлайн-участие в заседании в ночное время было попросту невозможным, поскольку ассистирующий суд был закрыт, то сейчас ситуация иная. Онлайн-заседание может быть назначено на такую часть суток, когда у участника дела, находящегося в другом регионе, глубокая ночь.

Даже если при подаче иска указывать часовой пояс представителя истца, то при назначении предварительного судебного заседания судья не сможет учесть интересы ответчика и третьих лиц. Затруднительно назначить судебное заседание на удобное сторонам время и в ситуации, когда разбирательство откладывается председателем состава или суда в порядке абз. 2 ч. 5 ст. 158 АПК РФ — например, в случае болезни судьи.

В качестве примера затруднительности информирования суда об удобном времени заседания приведем дело N А58-5952/2020, в котором предварительное судебное заседание было назначено на 03:15 по московскому времени. После просьбы представителей сторон в предварительном заседании*(12) следующее заседание было назначено на 10:00 по московскому времени, что было удобно всем участникам дела и суду. Однако в связи с болезнью судьи председатель судебного состава, не зная об этой просьбе представителей, отложил судебное разбирательство вновь на 03:15 по московскому времени*(13).

Разумеется, перенос времени судебного заседания должен быть только мотивированным, минимально корректирующим изначальное время, а также по возможности учитывающим интересы всех участников дела. Должно при этом соблюдаться и правило о надлежащем извещении (ч. 1, 3 ст. 121 АПК РФ).

Таким образом, цифровизация еще более настоятельно требует нормативно закрепить право суда мотивированным определением изменять время и дату судебного заседания по собственной инициативе или по инициативе лица, участвующего в деле. Установление данной возможности и соответствующей процедуры в АПК РФ и ГПК РФ позволило бы в большей степени учитывать права и законные интересы участников дела, в том числе путем сокращения необоснованных судебных издержек по делу, а также дало бы возможность судьям продолжать переносить судебные разбирательства уже в рамках законной и четко регламентированной процедуры.

Практические аспекты формирования материалов дела

Эффективный судебный процесс должен подразумевать среди прочего удобное и необременительное обращение с доказательствами и пояснениями, представленными участниками дела.

Современные технологии, с одной стороны, сделали более удобными подачу документов и последующее получение доступа к ним. С другой стороны, в отдельных аспектах цифровизация привела к снижению эффективности судопроизводства. Самой непродуманной оказалась система ссылок на материалы дела. Если раньше участники, обращаясь к суду, могли ссылаться на листы дела конкретного тома, то с переходом ознакомлений в онлайн-формат это стало невозможным.

Целесообразно было бы установить унифицированную методику нумерации документов, которая позволяла бы ссылаться на нужную страницу вне зависимости от того, с бумажным или электронным делом приходится работать в конкретный момент. Практических вариантов решения этой проблемы может быть множество, например, обеспечить судей и участников процесса описями томов дела, которые включали бы полные сведения о документах (название, номер, имя отправителя, дату подачи); формировать тома дела не только в хронологическом порядке, но и отдельно по документам, полученным от каждой из сторон.

Наиболее радикальным и одновременно наиболее удачным решением могло бы стать изменение формата нумерации листов дела. Каждому поступающему документу присваивался бы входящий номер, к каждой странице которого после точки добавлялся бы номер страницы (не листа) этого документа. Это позволило бы, видя в электронных материалах дела документ и его входящий номер, понимать, как конкретная страница данного документа обозначена в бумажных материалах дела (например, «12.3» — страница 3 двенадцатого документа; «И.7.2» — страница 2 седьмого документа истца).

Еще один очень распространенный в мире и совершенно непопулярный в России способ, который мог бы упростить ссылки на конкретные положения документов, состоит в нумерации абзацев. Полагаем, что отсчитывать сверху или снизу номер абзаца, на который дается ссылка, в принципе не очень удобно. В ситуации же, когда при онлайн-ознакомлении непонятно, как именно распечатаны документы, которые находятся у судьи, и неизвестны конкретные листы дела, ссылка на расположение абзаца на странице документа становится почти бессмысленной.

Практика нумерации абзацев в письменных документах давно существует в международном коммерческом арбитраже*(14) и международных судах (см. акты Европейского суда по правам человека*(15) и Международного суда ООН*(16)). Аналогично и в российской доктрине указывается на необходимость нумерации абзацев как в процессуальных документах участников дела, так и в судебных актах*(17).

Таким образом, в условиях активной цифровизации судебного процесса возникла проблема унификации ссылок на материалы дела. Подходы, сложившиеся в практике ранее, стали неудобными в онлайн-работе, а новые подходы еще не разработаны. Представляется, что данная проблема могла бы быть решена посредством вмешательства Верховного Суда РФ, который полномочен как дать рекомендации участникам судебных процессов, так и внести изменения в инструкцию о делопроизводстве в судах.

Гласность судебного разбирательства в условиях цифровизации

От изменений, необходимых с точки зрения эффективности правосудия, переходим к тем, которые очень важны для реализации основополагающих принципов правосудия.

Одним из главных принципов судопроизводства является принцип гласности. Он реализуется путем предоставления каждому человеку права присутствовать при рассмотрении любого дела на территории Российской Федерации, поскольку разбирательство дел во всех российских судах является открытым (ч. 1 ст. 123 Конституции РФ*(18)). Исключения установлены только для определенных категорий дел (см. ч. 2 ст. 11 АПК РФ и ч. 2 ст. 10 ГПК РФ). В связи с этим в литературе публичность справедливо называют одним из трех китов, на которых стоит правосудие*(19).

Судебная власть позиционируется как полностью независимая, поскольку у судей нет начальников, и надзор за судебной системой должно осуществлять общество. Именно необходимость социального контроля порождает требование гласности при осуществлении правосудия*(20). Лица, заинтересованные в разрешении конкретного дела либо какой-то затронутой в процессе правовой проблемы, юридическое сообщество, представители СМИ — все эти, а также иные категории граждан и организаций выполняют важную контрольную функцию, проявляя интерес к судебным разбирательствам, к которым они не привлечены в качестве лиц, участвующих в деле.

На практике принцип гласности не был реализован в полной мере ни полтора десятка лет назад (имелись проблемы с допуском в залы заседаний, публикацией судебных актов, аудиозаписью заседаний и др.)*(21), ни даже в наше время. Так, задолго до коронавирусных ограничений в некоторых региональных арбитражных судах для входа в здание требовалось предъявить определение о назначении заседания и доверенность от одного из лиц, указанных в таком определении. Право на ведение аудиозаписи судебных заседаний присутствующими на процессе лицами (без информирования об этом кого-либо и без каких-либо ходатайств) все еще неизвестно значительной части судей, несмотря на подробные разъяснения, изложенные еще в 2012 г. в постановлении Пленума Верховного Суда РФ*(22).

Как повлиял на гласность перевод судебных заседаний в онлайн-формат? Принцип гласности в Конституции РФ и в кодексах сохранился, однако реализуется он заметно хуже, чем раньше.

Во-первых, объективной технической возможностью присутствовать на процессе, как правило, наделены только лица, участвующие в деле. Попытки проведения онлайн-трансляций судебных заседаний судами предпринимаются*(23), но пока это получается лишь в отдельных случаях.

Во-вторых, получить аудиозапись заседания постфактум также могут исключительно лица, участвующие в деле и подавшие соответствующее ходатайство. Таким образом, в случае проведения дистанционных судебных заседаний конституционно закрепленное право публики присутствовать на любом судебном заседании не соблюдается вовсе.

Публикация судебных актов не решает изложенную проблему. Мотивировочная часть позволяет дать некоторую оценку действиям суда — например, низкое качество или недостаточный объем аргументации сами по себе формируют негативное отношение к суду*(24). Однако уверенный вывод о правильности вынесенного решения можно сделать, только услышав выступления участников дела, а в письменном процессе — ознакомившись с тезисами процессуальных документов сторон. Но если все инстанции вплоть до второй кассации игнорируют какой-то довод лица, участвующего в деле, то дать корректную оценку вынесенным судебным актам, руководствуясь лишь их текстами, невозможно.

Лишаясь публичности, судебный процесс одновременно лишается общественного контроля. Обоснованность процессуальных действий суда понятна лишь участникам процесса, а адекватное представление о законности состоявшегося судебного решения есть у очень небольшого круга лиц. Невозможно в полной степени доверять акту правосудия, не имея объективной возможности оценить, были ли соблюдены принципы судопроизводства, в частности получили ли стороны равные возможности для реализации права быть выслушанными. В такой ситуации рушится фундамент, на котором построено все правосудие, так как беспристрастность суда и соблюдение установленной законом процедуры более не могут быть продемонстрированы публично.

Данную проблему логичнее всего решать путем предоставления доступа к онлайн-заседаниям. С учетом технических ограничений начать можно с трансляции заседаний определенного типа, например заседаний кассационной инстанции, затем добавить и слушания в апелляционной инстанции. И это не является революционным новшеством. Напомним, что в период существования Высшего Арбитражного Суда РФ каждый мог смотреть видеотрансляции заседаний Президиума ВАС РФ.

В качестве альтернативы предлагается обеспечить последующее обнародование аудиопротоколов. При этом установление порядка публикации аудиозаписей следует предварить глубоким исследованием. Например, можно предоставлять доступ только авторизованным пользователям; или публиковать только прения и реплики сторон; или установить ограниченный период времени, в течение которого аудиозапись будет доступна неограниченному кругу лиц. Во всяком случае, в систему «Мой арбитр» аудиозаписи судебных заседаний уже загружаются, поэтому достаточно решить вопрос об изменении доступа с ограниченного (по ходатайству стороны) на неограниченный или ограниченный частично.

Таким образом, проблема обеспечения гласности судопроизводства существовала и раньше, однако цифровизация серьезно ее осложнила. Закрытие судебного процесса от посторонних глаз оказывает неблагоприятное воздействие на уровень общественного доверия к правосудию. Вполне вероятно, что ослабление контроля приведет к ухудшению качества судопроизводства. Указанная проблема требует незамедлительного решения, и пути для этого имеются.

Роль судьи в рассмотрении дела

Логично предположить, что по мере цифровизации разных сфер жизни поводов для появления судебных дел будет возникать все больше. Так, по делам об автомобильных правонарушениях (за превышение скорости, неправильную парковку, непристегнутый ремень и разговоры по телефону за рулем) к административной ответственности стали привлекать чаще, чем до внедрения некоторых информационных технологий. В частности, в декабре 2020 г. за первые две недели работы восьми умных камер, установленных в Москве, к ответственности были привлечены около 2300 водителей, не пристегнутых ремнем безопасности*(25). Вместе с тем, разумеется, не все штрафы, выписываемые в автоматизированном режиме, будут законны, что создает повод для обращения за судебной защитой.

Доступность судов тоже повышается. Появились системы подачи документов в суд в электронном виде. Арбитражный процесс уже можно относительно эффективно вести целиком удаленно, не выходя из дома. Появляются также сервисы, помогающие гражданам составлять и подавать заявления в суд: помимо существующих коммерческих ресурсов, анонсируется появление суперсервиса на портале «Госуслуги», который будет позволять с помощью шаблонов и автоматически заполняемых полей самостоятельно подавать иски в суд*(26). Как следствие, все большее количество граждан получает возможность попытаться защитить свои права в суде, даже не имея денежных средств для привлечения квалифицированных адвокатов (при рассмотрении дел в районных судах и у мировых судей наличие высшего юридического образования пока не требуется).

При этом о проблеме чрезмерной судебной нагрузки известно уже довольно давно. Еще в 2012 г. судейское сообщество констатировало возросшую нагрузку на судей и аппараты судов. Съезд судей тогда предложил ряд мер, направленных на оптимизацию нагрузки, но справедливо отмечалось, что даже всех этих мер будет недостаточно для исправления «чрезмерности судебной нагрузки»*(27). По данным съезда судей, уже к 2012 г. нагрузка на судей превышала научно обоснованные нормы примерно в 2,5 раза*(28).

Ситуация с тех пор в лучшую сторону не изменилась. На Всероссийском съезде судей в 2016 г. проблема судебной нагрузки по-прежнему обозначалась в качестве одной из ключевых*(29). И не случайно: в 2014 г. в арбитражные суды поступило 1,5 млн заявлений, а в 2019 г. этот показатель составил уже 2,1 млн заявлений*(30), т.е. за пять лет количество заявлений, поступающих за год, увеличилось почти в полтора раза.

Теоретически росту количества судебных дел можно было бы противопоставить увеличение числа судей. Однако такая идея не только финансово обременительна, но и не обязательно эффективна. Аналогично и «оптимизация» судебного процесса, подобно предлагавшейся в 2017 г., вряд ли способна бороться с возрастающей нагрузкой, связанной, помимо прочего, с цифровизацией.

Нельзя забывать, что работоспособность компьютера значительно превосходит человеческую. Кроме того, быстро назначить десятки новых судей просто невозможно вследствие сложной процедуры отбора и высоких квалификационных требований*(31). Следовательно, проблему судебной нагрузки привычным путем решить в сжатые сроки не получится, поэтому приходится думать о применении инновационных технологий.

Примерно так и получилось на практике. В марте 2021 г. В.В. Момотов, председатель Совета судей РФ, указал на продолжающийся рост нагрузки на судей — преимущественно речь шла о нагрузке мировых судей (от количества судей они составляют 23,5%, а рассматривают около 78% всех дел)*(32). В мае того же года В.В. Момотов поделился информацией о запуске пилотного проекта по использованию искусственного интеллекта (далее — ИИ) в деятельности мировых судей. По словам председателя Совета судей РФ, ИИ применяется на трех тестовых участках мировых судей в Белгородской области, где готовит приказы о взыскании задолженностей по налогам. В публикации подчеркивалось, что судебный приказ по-прежнему выносится судьей, а ИИ лишь готовит документы*(33).

С одной стороны, подобный пилотный проект в современных реалиях выглядит вполне адекватным, особенно если учитывать опыт других стран. С другой стороны, возникают вопросы относительно реализации этого проекта.

Во-первых, не представлено данных о лабораторной фазе испытаний ИИ. Учитывая значимость отправления правосудия, к судебной функции, пусть даже в тестовом режиме, не может допускаться компьютерная программа, не получившая должной апробации в лабораторных условиях. Перед началом использования в реальной деятельности мировых судей этот ИИ должен был в качестве проверки рассмотреть сотни или даже тысячи уже рассмотренных ранее судьями заявлений о выдаче судебных приказов и в абсолютном большинстве случаев не допустить никаких ошибок (если принимать имеющиеся судебные акты за рассмотренные корректно). Однако данных о таких испытаниях общественности представлено не было.

Во-вторых, не совсем понятен функционал применяемого ИИ. Огромное значение имеет то, какого уровня помощь он оказывает в деятельности человека. Если эта программа готовит проекты приказов или делает какие-либо предварительные выводы (предположения, на основе которых сделает выводы судья) относительно полученных от заявителя документов, то возникает риск так называемого искажения автоматизации — человек по своей природе склонен чрезмерно доверять компьютеру.

В-третьих, возникает немало вопросов к подобному правосудию с точки зрения соблюдения принципов судопроизводства, таких как осуществление правосудия только судами, непосредственность разбирательства и независимость суда. Разумеется, невозможно заявлять о безусловном нарушении этих принципов фактом привлечения ИИ, особенно в отсутствие полной информации о пилотном проекте. Тем не менее данные вопросы требуют детальной проработки на доктринальном уровне и обширных обсуждений в юридическом сообществе, которые в целях обеспечения прав и законных интересов граждан должны проходить до момента масштабного запуска подобных инициатив в реальной жизни (даже в рамках пилотных проектов).

Таким образом, судебная нагрузка постепенно возрастает на протяжении многих лет, цифровизация актуализирует данную проблему, заставляя использовать технологические решения для помощи судьям. Вместе с тем внедрение ИИ в судопроизводство требует тщательной и всесторонней проработки такой инициативы до начала эксплуатации систем ИИ в реальной жизни.

Заключение

На основе рассмотренных примеров применения современных технологий в судопроизводстве можно сделать следующие выводы.

Цифровизация, как правило, не порождает новые проблемы в сфере правосудия, а лишь привлекает внимание к ее узким местам. Так, гласность судопроизводства можно было повысить с помощью цифровых технологий и раньше (такие попытки предпринимал ВАС РФ посредством интернет-трансляций видеозаписей судебных заседаний), но с появлением онлайн-заседаний данный вопрос встал более остро, поэтому сейчас данную проблему можно разрешить цифровым методом — предоставить публике возможность контроля за правосудием в онлайн-пространстве.

В судебном процессе не проходят незаметно даже точечные цифровые изменения. Как упомянутый перенос судебных заседаний в онлайн-формат, так и применение ИИ в судопроизводстве влекут глобальные перемены в отправлении правосудия. Поэтому при внедрении современных технологий необходимо со всей ответственностью подходить к тем последствиям, которые не только прямо, но и косвенно могут быть связаны с нововведением.

Цифровизация судебного процесса требует детального анализа происходящих и планируемых изменений. Несмотря на видимую пользу от подобных инноваций, они могут быть чреваты не только потерей эффективности судопроизводства, но иногда и нарушением основополагающих принципов правосудия. Чтобы не допустить дискредитации судебной власти и нарушения прав и законных интересов граждан, анализировать те или иные инновации следует заблаговременно.

Список источников

Дрозд Д.О. Разрешение споров в цифровую эпоху: перспективы применения искусственного интеллекта в судопроизводстве // Право и информация: вопросы теории и практики: Сборник материалов международной научно-практической конференции / Науч. ред. Н.А. Шевелева. Вып. 10. Серия Электронное законодательство. М., 2021.
Краснов М.А., Мишина Е.А. Открытые глаза российской Фемиды / Под общ. ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2007.
Кудрявцева Е.В., Прокудина Л.А. Как написать судебное решение. М., 2016.
Морщакова Т.Г. Кризис правосудия? // Краснов М.А., Мишина Е.А. Открытые глаза российской Фемиды / Под общ. ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2007.

─────────────────────────────────────────────────────────────────────────

*(1) Дрозд Д.О. Разрешение споров в цифровую эпоху: перспективы применения искусственного интеллекта в судопроизводстве // Право и информация: вопросы теории и практики: Сборник материалов международной научно-практической конференции / Науч. ред. Н.А. Шевелева. Вып. 10. Серия Электронное законодательство. М., 2021. С. 160.

*(2) См. постановление Пленума ВАС РФ от 25 декабря 2013 г. N 99 «О процессуальных сроках». П. 14.

*(3) СПС «Гарант».

*(4) Там же.

*(5) См., напр.: постановление президиума Томского областного суда от 16 мая 2018 г. по делу N 44У-29/2018; апелляционное определение Омского областного суда от 9 января 2020 г. по делу N 33-85/2020; апелляционное определение Ярославского областного суда от 25 января 2018 г. по делу N 33-759/2018.

*(6) Обзор судебной практики по рассмотрению дисциплинарной коллегией Верховного Суда РФ административных дел о привлечении судей к дисциплинарной ответственности в 2017-2018 гг. и первом полугодии 2019 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18 декабря 2019 г.). П. 2 раздела I.

*(7) Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26 июня 2015 г. по делу N А40-10974/2015.

*(8) См.: Бурнов В. Арбитраж Петербурга удалил с сайта сообщение о проведении заседаний через Skype // URL: http://rapsinews.ru/judicial_news/20200420/305735359.html (дата обращения в интернет-ссылках здесь и далее — 20 июля 2021 г.).

*(9) См.: Соколова Д. Коронавирус сдвинул суд в онлайн // Коммерсантъ. 2020. 1 апреля.

*(10) См.: Перечень судов, для которых доступна возможность проведения онлайн-заседаний // URL: https://my.arbitr.ru/#help/4/56.

*(11) Проект федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и иные законодательные акты Российской Федерации» (ID проекта: 01/05/10-20/00109498) // URL: https://regulation.gov.ru/projects#npa=109498.

*(12) Копии аудиопротоколов судебных заседаний по делу N А58-5952/2020 имеются в распоряжении авторов.

*(13) Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 22 октября 2020 г. по делу N А58-5952/2020.

*(14) UNCITRAL Notes on Organizing Arbitral Proceedings (2012). N.Y., 2012. Paragraph 42.

*(15) URL: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-204832.

*(16) URL: https://www.icj-cij.org/public/files/case-related/175/175-20210203-JUD-01-00-EN.pdf.

*(17) Бевзенко Р. Об особенностях русского письменного юридического языка // URL: https://zakon.rn/blog/2021/1/26/ob_osobennostyahrusskogo_pismennogo_yuridicheskogo_yazyka__pochemu_my_tak_ploho_pishem_yuridicheski.

*(18) Конституция Российской Федерации (с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 г.) // СПС «Гарант».

*(19) Краснов М.А., Мишина Е.А. Открытые глаза российской Фемиды / Под общ. ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2007. С. 25.

*(20) Морщакова Т.Г. Кризис правосудия? // Краснов М.А., Мишина Е.А. Открытые глаза российской Фемиды / Под общ. ред. Т.Г. Морщаковой. М., 2007. С. 9.

*(21) Там же.

*(22) Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13 декабря 2012 г. N 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов».

*(23) См., напр.: Список дел, транслируемых онлайн на официальном сайте Белгородского областного суда // URL: http://oblsud.blg.sudrf.ru/modules.php?name=info_court&rid=26.

*(24) Кудрявцева Е.В., Прокудина Л.А. Как написать судебное решение. М., 2016. С. 69-70.

*(25) Злобин А. В Москве начали рассылать штрафы с камер за разговор по телефону и непристегнутый ремень // URL: https://www.forbes.ru/newsroom/obshchestvo/416607-v-moskve-nachali-rassylat-shtrafy-s-kamer-za-razgovor-po-telefonu-i.

*(26) Шашков А. Гусев: суды России признаны наиболее технологически развитыми в Совете Европы (интервью) // URL: https://tass.ru/interviews/11662185.

*(27) Постановление VIII Всероссийского съезда судей от 19 декабря 2012 г. N 1 «О состоянии судебной системы Российской Федерации и основных направлениях ее развития» // URL: http://www.ssrf.ru/siezd-sudiei/9085.

*(28) Там же.

*(29) Постановление IX Всероссийского съезда судей от 8 декабря 2016 г. N 1 «О состоянии судебной системы Российской Федерации и основных направлениях ее развития» // URL: http://www.ssrf.ru/siezd-sudiei/22596.

*(30) Данные судебной статистики // Судебный департамент при Верховном Суде РФ. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79.

*(31) Закон РФ от 26 июня 1992 г. N 3132-1 (ред. от 08.12.2020, с изм. от 30.12.2020) «О статусе судей в Российской Федерации». Статьи 4 и 5.

*(32) Председатель Совета судей Российской Федерации В.В. Момотов принял участие в заседании Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству. // URL: http://www.ssrf.ru/news/lienta-novostiei/41535.

*(33) В России искусственный интеллект привлекли к вынесению судебных решений // URL: https://ria.ru/20210525/intellekt-1733789200.html.

Влияние цифровизации на судебный процесс